Майк Резник Сантьяго: миф далёкого будущего
Действительно, так. В "Сантьяго" мифическое и легендарное будет постоянно переплетаться с реальностью, а поэтические символы будут значить для понимания происходящего столько же, сколько и достоверные факты, подтвержденные свидетельствами очевидцев и официальными документами.
Примечательно, что с героем , который назвался Сантьяго, мы встретимся лишь в самом конце, и ничего не сможем достоверно узнать ни о его характере, ни о его жизни, ни о тех мотивах, которые толкнули лично его на избранный путь. Почти 90 процентов книги — это поиски легендарного бандита, главы преступного мира, ответственного за сотни преступлений и убийств по всей Галактике. И если избавиться от такого, то плакать Галактика точно не будет. По крайней мере, так это видится со стороны тех, кто эти поиски начинает. А это, в свою очередь, тоже легендарные личности: знаменитые охотники за головами Ангел и Каин-Певчая птичка, для которых поиск Сантьяго — вершина нелегкой карьеры. Вот эти двое через встречи с другими персонажами будут поставлять нам те самые факты, документы и рассказы очевидцев, которые должны лечь в основу нашей "объективной" оценки происходящего.
Но есть еще и "субъективная" составляющая, которую щедро будет поставлять нам герой романа, который, к слову, так и не появится лично на страницах. Нам будут доступны лишь отрывки из бесконечной саги Пограничья Внутренних миров, которую пишет полусумасшедший поэт Черный Орфей, вечно тоскующей по своей Эвридике/опять мифология!/, метко описывая самых колоритных персонажей, с которыми в нелегких поисках придется встретиться нашим охотникам. А это, по большей части, личности, хоть и известные, но сплошь неприятные — контрабандисты, убийцы, воры, мошенники, лжецы, неудачники, фанатики. И невольно думаешь, что, если уж таких Сантьяго страшит, то каким же он должен быть чудовищем?
Каждая глава- веха в поисках легендарного преступника, посещение самых разных планет, встречи с различными персонажами, каждый из которых оказался не просто достоин упоминания в поэме Черного Орфея, а ярким и колоритным сам по себе, даже без привязки к истории Сантьяго. Каждая глава дает новые кусочки мозаики, которые должны сложиться в стрелку, указывающую направление к «логову» Сантьяго. Вместе с героями азартно следишь за тем, как распутывается клубок — переплетение домыслов, недомолвок, откровенной лжи, невинных фантазий, приправленный опасными стычками, драками и перестрелками. Пока не становится понятным, что что-то явно здесь нечисто, и большую часть книги мы потратили на версию лишь одной заинтересованной стороны, и потому неплохо бы услышать мнение другой. Но когда эта другая сторона получает, наконец, слово, то звучит оно как-то не очень убедительно. Пары глав, которые автор дал Сантьяго, чтобы оправдать себя по всем пунктам обвинения, оказалось, с моей точки зрения, маловато, чтобы проникнуться к герою лично, созданному им образу "благородного разбойника" и его делу симпатией.
Хотя это беспроигрышный образ- защитник обиженных и обездоленных, преследуемый неправедным законом и творящий простую и понятную справедливость: забрать у богатых и отдать бедным, покарать виновных и защищать невиновных. Четко и ясно: зуб за зуб, глаз за глаз. Не борец с системой, не революционер, не политик — просто парень, решающий конкретные проблемы конкретных людей, не брезгующий при этом разбоем, контрабандой, убийством, воровством и мошенничеством.
Сантьяго оказался не просто таким парнем. Он стал новыми Робин Гудом, Зорро, суровыми героями вестернов в одном флаконе/русские читатели могут добавить еще Дубровского/для далекого будущего, скорее мифом, идеей, утешением и фантазией о справедливости в изначально несправедливом мире, чем реальной силой, способной как-то повлиять на жизнь людей. Печально, но этот миф оказался не менее выгоден самой порочной системе, как предохранительный клапан, спускающий пар в мелкие стычки и незначительные баталии и позволяющей не доводить дело до глобальных социальных потрясений.
Конечно, хотелось бы, чтобы заявленная тема "мифа далекого будущего" прозвучала четче, но тогда пришлось бы пожертвовать историей Певчей птички, которая и есть настоящая история легендарного Сантьяго- реальной личности, в котором жестокость сочетается с благородством, идеалы с цинизмом, уважение к закону с бунтарским духом, которому знакомы и страх, и боль и горечь поражения. Героя, упорно не желающего сдаваться в своем стремлении изменить мир к лучшему, пусть только через миф — в мыслях и сердцах нескольких сотен или тысяч последователей и поклонников. Вот в такого Сантьяго хочется верить, хотя его дело и проиграно заранее, и конец известен- безымянный холмик на богом забытой планете. Но миф об очередном "благородном разбойнике" продолжит жить, пока в нем есть нужда.